- Вам удобно, спокойно, хорошо, - заговорил Василий Федорович. Голос его звучал неожиданно: глубоко и мягко. - Ничто не мешает, ничто не беспокоит. Все посторонние мысли уплывают. Если захочется

- можно закрыть глаза. Входим в Круг... в Круг... в Круг...Глаза Васюты были прикованы к шарику. Тот вдруг медленно начал увеличиваться. Вот он стал размером с футбольный мяч и закрыл лицо Василия Федоровича. Вот он уже размером с Васюту. Не только свет, но и приятное, уютное тепло исходит от него. Вот шар уже достиг потолка, заполнил всю комнату. Чувствует Васюта, что он уже внутри шара. Как это получилось - непонятно, но ничего, не страшно. А голос Василия Федоровича доносится уже глухо, откуда-то издалека:

- С этого и начнем. Вошли в Круг. В Круг...

Пропал голос. И шар пропал. И комната изменилась: ни плакатов, ни приборов. Голые стены. Все залито ровным голубоватым сиянием, словно лампочки дневного света горят. Только самих лампочек нигде не видно. Посередине комнаты составлены вкруг стулья, и на одном из них сам Васюта сидит кресло тоже куда-то пропало. Стульев не то шесть, не то семь - сосчитать Васюта не успел, потому что глянул случайно на себя и охнул. Оказывается, его, Васюты, тоже нет. То есть сам-то он чувствует, что он здесь - на стуле сидит. Но при этом он стул сквозь себя видит - а себя не видит совершенно. И не то чтобы он там стал прозрачный или полупрозрачный - просто нет его и все. Пустое место. Значит, с одной стороны, он как бы есть, поскольку сам он твердо знает, что он здесь. А с другой стороны, его как бы и нет, поскольку его не видно. Этакий человек-невидимка. Но ни удивиться этому, ни испугаться толком Васюта не успел. Потому что услышал голос.