На площади возник неясный шум. Можно было различить отдельные возгласы:

- Вправо...

- Да, да, вправо...

Но тут нижние ряды, как по команде, принялись скандировать: - Вправо и вверх! Вправо и вверх! Вправо и вверх!

Разноголосые выкрики потонули в этом хоре, и вскоре уже вся толпа дружно, словно повинуясь невидимому дирижеру, выкрикивала:

- Вправо и вверх! Вправо и вверх!Васюта, не отрывавший взгляда от огней, увидел, как они, сохраняя форму треугольника, поползли вправо и вверх. Тхорн выпрямился и повернулся к Линну, явно намереваясь сказать что-то весьма язви-тельное. Но тут раздался уже знакомый Васюте хлопок и огни погасли. Ртуть в датчике подскочила на отметку 99.

На Тхорна было жалко смотреть - он походил на побитую собаку. Бестолково размахивая руками, он суетился подле своего телескопа.

Линн молча поднялся, подхватил свой плащ и направился к дому.

Васюта едва поспевал за ним.Ужин прошел в молчании. Буркнув что-то, по-видимому, должное означать «Спокойной ночи», Линн завалился на свой топчан. Васюта тоже лег, но ему не спал ось. Снова и снова он перебирал в уме то, что происходило вчера и сегодня на площади. Все-таки странно это. Почему, если определить направление движения огней, Сфера перестанет сжиматься? Ну, ладно. Пускай. Предположим. Но почему они сорок дней подряд его определить не могут? Что же здесь сложного? И что же этот их знаменитый гений - Лаланд, кажется? Объем Сферы он определил, а куда три огонька движутся - это он определить не может?